19 апреля, Часть 3
Странная она девочка - эта Ирис. Все ее помыслы устремлены к одному - Педро. Поздним вечером, когда все в доме угомонились, можно выйти на крыльцо в темноту, где ты совсем одна, где никто не помешает припомнить вновь все подробности таких нечастых встреч - незначащие слова обычной светской болтовни, рассказы о почти неизвестном ей внешнем мире, прогулки по-родственному в обнимку…. Вот досада! Мать. Опять начнет пилить. Что ты хотела? Просить прощения? За что? Я считаю, как бы ни нагрубила дочь, мать не имеет права на пощечину! Вот как, тебя бы высекли за такое? Надо различать: все дело в том, кто бьет, и кого бьют. Ее, Ирис, бить нельзя: для нее пощечина хуже удара копытом - она может убить, раздавить душу. (Так что, мама, радуйся, что тебе только копытом прилетело: что позволено Юпитеру, то не дозволено быку).
Они, наверное, никогда не поймут друг друга, но Ингрид устала и опять уступает дочери: скажи отцу, что мы помирились, успокой его. Нет, я совсем не хочу, чтобы ты его обманывала. Я хочу, чтобы ты его пожалела: болезнь прогрессирует, и доктор сказал, никакой надежды нет. Я должна была сказать тебе это, и будь милосердней с отцом. Притихшая Ирис, как маленького, укладывала отца спать, обещая спокойный сон. Отрадно, что, оказывается, есть в ней человеческие чувства, что умеет и она быть внимательной и мягкой - хотя бы с близким человеком.
Элена ранним утром выпроваживает Эду: "Уходи, я должна хорошенько все обдумать. И, пожалуйста, не раздражай тетушку. - Хорошо, я уйду, пока соседи не проснулись. - Мне плевать на соседей: я сама себе хозяйка… э-э ...Привет, Симони, уже уходишь на праздник? А это Эду - уходи, все, пока. Вот сумасшедший!…"
Симони живет в одной квартире с Капиту и ее родителями: подруги вместе снимают ее, зарабатывая одним способом. (Конечно, родители этого не знают, Симони для них - благовоспитанная, отзывчивая и богобоязненная девушка. Не то, что их Капиту - опять собралась развлекаться, и это когда у нее на руках маленький ребенок!). Симони, видимо, уже давно знает Элену, да и опыт кое-какой в отношениях мужчин и женщин имеет, так что тут ей и думать нечего - все на ладони.
Понимающий взгляд с легкой усмешкой: "Что, уже любовники? - (легкое смущение) Нет, что ты: мы еще так мало знакомы. Может, что-то и случится (слегка пожав плечиком). - Брось, Элена, он такой красавчик! (не верит ей Симони)- (задета, но размышляет) Но он так молод... - Брось, это же самый писк моды: сейчас все решает женщина - все они говорят о зрелых мужчинах и ищут мальчиков, - (с достоинством во вздернутом подбородке) Наверное, я отстала от моды. Я ищу как раз обратного. - Брось, на твоем месте я бы вцепилась этому красавчику в горло мертвой хваткой. Ну, пока!" И расцеловались.
Алма знала, что племянник вернулся так поздно, что было уже рано: не могла спать от волнения. Милый Данилу - пытался отвлечь ее от забот. Но как вырвать из головы засевшие там мысли? Кажется, он даже ревнует ее к лошадям и племянникам. Когда ему надоест быть забавным клоуном при вечно озабоченной и такой самодостаточной жене, он найдет, чьим вниманием утешиться, даже не выходя из дома - иначе зачем этой горничной такие умопомрачительные ножки. Алма еще пытается что-то предпринять, как-то отвлечь Эду. А он никак не может проститься со вчерашним днем и не думает выполнять просьбу Элены, даже наоборот, забавляется, пытаясь вывести тетку из себя. И очень зря, потому что прав был Илладиу, сказав, что разъяренная Алма подобна львице. Она все поняла, раненым зверем кинулась к своему детенышу: "Ты был счастлив этой ночью? Ты возносился к небесам? Я понимаю, как омывает это душу, и я рада за тебя. Но запомни: с этой женщиной - только постель, ничего больше! Я предупреждаю тебя - ничего, кроме постели! " Эду, кажется, проснулся.
Элена же в это время, выполняя просьбу дочери, вместе с Иветти едет на могилу мужа: его убили 20 лет назад. С тех пор вдова здесь не появлялась, даже могилу не сразу нашла. У Элены нет хороших воспоминаний о муже и их совместной жизни - не смерть, так жизнь развела бы их. Камила, вот кто все эти годы заказывал церковные службы и приносил цветы на могилу. А ведь она даже и не знала отца. "Что же будет, когда она узнает правду? (Зритель, не спи!) - Ничего. Потому что она ее никогда не узнает!" Выполнив тягостную повинность, Элена предается любимому занятию - рассказать подруге "очередную серию" собственной мелодрамы: "Я решила, что наша связь должна закончиться там же, где и началась (Въехать, что ли, еще раз в машину Эду на глазах у изумленного Мигела - "разбить" одного и заполучить другого?) - Не глупи. (Иветти все правильно говорит, как и полагается по сценарию) Если ты нравишься ему, а он нравится тебе… - Нравится? Да я еще не разобралась! (Да, а секс - не повод для знакомства.) Все случилось так быстро, как та авария. - Ах ты, господи, осторожнее, опять чуть не въехала. - Ну, ты же видела, он сам…. Да, все слишком красиво, чтобы быть правдой. Как в кино - вечная Венеция. - На твоем месте я бы вцепилась в него. - То же самое посоветовала мне и моя горничная (про советы проститутки Элена умолчала)… Да, но как же его тетя? - А что тетя? Он уже взрослый, и сам знает, куда послать свою тетю!" (Занимательный критерий взрослости!) Вот и что теперь делать Элене, когда все вокруг так уговаривают? Как тут не сказать себе: право, я такая мягкая, такая уступчивая, меня так легко склонить, если мне и самой склониться ужас как хочется.
Приближается новогодняя полночь. Все одеваются в белое и отправляются на праздник - кто на ужин к Алме, кто на пляж - опустить в море белые цветы. А Капиту надо работать: мамина принципиальность пока не перевесила денежные проблемы, о которых, собственно, и не знала. Оставив сына у случайной няньки, девушка со слезами устремляется к своему "денежному станку", вливаясь в поток белоснежных одежд, заполнивший улицы города.
А у Алмы, как всегда, многолюдно и шикарно. Играет настоящий оркестр. Пузырьки лучшего шампанского отражают свет, мягко падающий на траву и белые платья. Доброжелательная и гостеприимная хозяйка (никто не увидит и следа терзаний и бессонных ночей) не обделит вниманием ни одного гостя: ни ежегодных визитеров, ни старых друзей, которых уже давно не видела, но о которых все-все помнит. Искренне порадуется она и знакомству с новыми людьми. Всем хорошо здесь, кроме двух людей. Никто, наверное, не ждал этого вечера так, как Сеса: как она о нем мечтала! Какое платье она купила! Бьет сразу и насмерть. Все военные действия были тщательно подготовлены - и тактика, и стратегия. И где же противник? Где, спрашивается, тетя, ваш Эду - я весь вечер его ищу? - Не переживай, милая, людей много - походи, посмотри, может, он ищет тебя? Знала бы ты, милая девочка, как тетя сама хотела бы видеть здесь своего племянника. И даже хорошо, что никто не знает, где он, потому что она знает, ГДЕ.
"Разве твоя тетя поверит, что это ты соблазнил меня? - Зачем ты опять про тетю: у нее гости, она и думать про нас забыла! (И это после сцены, которую она устроила племяннику прямо в душевой кабинке? Уже оба врут друг другу)". О, какая прелесть, Элена, наконец, сменила халатик: зеленый, шелковый, открывающий и ноги, и грудь. Конечно, это Эду ее соблазнил! Халатик - это, пожалуй, единственное, что изменилось: "Послушай, Эду, я хочу, чтобы в эту знаменательную ночь ты был рядом с тетей (я не хочу ссориться с твоей теткой). А завтра мы можем встретиться. И я тоже хочу тебя - я только об этом и думаю (хотя мне совсем не хочется, чтобы ты уходил). Но сегодня... - Я останусь с тобой! - Но... - Я не оставлю тебя в такую важную ночь" Можно быть очень убедительной между поцелуями и ласками. И - совершенно случайное совпадение - Элена мощным поцелуем бросает Эду назад на кроватку. Счастливого тете Нового года!
Не думала донна Алма, что такой тревожной будет эта праздничная ночь: Эду не пришел и к полуночи, не позвонил. Но эта сильная женщина никому не покажет своей грусти и усталости. Праздник будет таким же прекрасным и веселым, как и всегда: будут фейерверки, фонтаны шампанского и забавные маски, гости будут весело шутить и радоваться наступающему году. Спасибо тебе, Данилу, среди такого обилия красивых женщинон не забыл о своей опечаленной женушке, и, наверное, самые теплые и искренние слова, которые произнес за этот вечер, сказал именно ей. На пляже тоже было очень весело: море белых цветов в ночной синеве освещалось праздничными огнями, музыка, шумные возгласы и, конечно, обилие шампанского. Эду обливал им Элену и целовал. Можно сказать, до утра они только этим и занимались. А когда рассвело, к ним подошла цыганка и, посмотрев руку Элены, стала предсказывать: у вас будет счастливый год, но я вижу красивую девушку, это особая девушка... Дальше Эду и слушать не стал: они будут вместе до конца жизни, и другого быть не может. Вместе со всеми они уходят с пляжа к благам цивилизации: - горячая ванна и теплая (а, может, и жаркая) постель - это лучшее завершение прохладного утра после бессонной ночи.
Возвращаются домой и родители Капиту. И что же они слышат в родном дворе? Да это Бруно! Бабушка ни с кем не перепутает музыкальный плач своего внука. Так и есть, дочь оставила ребенка у соседки, обманщица!
Да, несчастной девушке с отдыхом этим утром повезет меньше, чем ее соседке. У обессилившей Капиту не было сил притворяться или выкручиваться: да, я оставила сына у соседки, я заплатила ей, как няньке, - вы ведь не взяли внука с собой, и разве я не имею права отдохнуть с друзьями, если им обещала? Но родителям не нужны ее оправдания: ты нас обманула! А ЭТО что такое? Нет, отцу известно, что это презервативы, но откуда они и ЗАЧЕМ? Какая реклама в аптеке? И мы не копались в твоих вещах, мы в них лекарство ребенку искали. Как, и в сумочке? Что значит, все так делают? Какой такой всякий случай? Обманщица! Ты нас всегда обманываешь! Если у тебя никого нет, то зачем тебе презервативы? А если они у тебя есть, то значит, ты спишь с первым встречным? (Капиту едва удержалась, что бы не уточнить - с первым хорошо заплатившим встречным.) Разве ты не знаешь уже, что от этого дети бывают? И на все объяснения Капиту, что она, как раз, для этих целей имеет злополучные резинки - не забеременеть, не заболеть, в ответ звучит одно: "Ты - бессовестная обманщица!" (Очевидно, имеется в виду, "предавший раз, предаст еще").
В конце концов, Капиту не выдерживает: "Да какое право вы имеете так вмешиваться в мою жизнь? - Мы имеем право, потому что ты живешь с нами! (твердолобо убежденно) - Нет, это ВЫ живете со мной, потому что за все здесь плачу я!" Вот она, черная неблагодарность детей - опустила руки мать. Посмотрит она, когда вырастет внук и отплатит своей матери тем же!
Отец мягче, ему жаль Капиту, потому что, действительно, в их семье платит за все она. Не слишком ли они суровы с дочерью, спрашивает он жену. "Нет, - отвечает она ему, мы ее слишком разбаловали - бога она не боится. Мы ее воспитывали, кормили, теперь она отдает нам долги: мы ее не эксплуатируем" Похоже, эта религиозная пуританка дочь родила только для того чтобы та, начав зарабатывать, до конца жизни содержала родителей, отдавая долги и проценты. Она вырастила в дочери мощный комплекс жертвы, и, что бы обеспечить родителям и сыну достойную жизнь, Капиту занялась проституцией, так как не смогла найти другую высокооплачиваемую работу.
Забрав сына, Капиту уходит на прогулку, отказываясь поговорить с отцом потому, что нет сил скрывать правду, но и боль родителям причинять не хочет.
А вот племянник и тетушка смогли поговорить и помириться. Правда, Алма так и не смогла понять, как это ее красивый мальчик, на которого заглядываются толпы молоденьких и хорошеньких, "запал" на женщину, которая ему в матери годится. Бабушка-одиночка! И не надо сравнивать их ситуации: Данилу моложе, но не настолько, и потом, он был беден, а она, Алма, стала его будущим. У Эду же, наоборот, Элена разрушает его будущее. "Живи, как знаешь, но запомни: придет день и ты поймешь, и попросишь помощи. - Вот увидишь, я буду счастлив". И они простили друг друга. "Только, пожалуйста, не переезжай к ней жить, - просит она его. - Да мы и не думаем об этом!"
Их, действительно, обоих устраивают такие отношения. Об этом Элена говорит забежавшей к ней после праздника подруге: ей нравится романтика, ночи страсти, завтраки в постель - но жить постоянно вместе, нет, она этого не хочет. Эду - хороший мальчик, он красиво ухаживает за ней, но пусть всегда будет так: я - здесь, а он - там, дома, с теткой и родственниками.Не надоест Эду так бегать до конца жизни?
И Ирис стала такая мирная и покладистая. (Надолго ли?) Педро позвонил им в новогоднюю ночь прямо с вечеринки и договорился о скором приезде. Вот почему так счастлива эта девочка. Они ладят с матерью, и даже вместе готовят для гостя обед. Ирис не знает, какой "сюрприз" ожидает ее, ведь Педро совсем забыл сказать, что на этот раз он приедет вместе с женой. Оба рады поездке, хотя каждый мечтает о своем. Педро надеется, что в его отсутствие Алма поймет, как именно он необходим на конезаводе, а Силвия мечтает, что размякший на отдыхе муж согласится, наконец, что им нужен ребенок.
Фредо и Клара неожиданно вернулись с заболевшей дочкой.
Соскучившийся сынок побежал разбудить мамочку, а мамочка (то ли бдительность потеряла, то ли намеренно уже не удерживает в своей спальне молодого любовника) на этот раз не заперла дверь в спальню. Вообще-то, Элена и Эду уже встали и даже были почти одеты, но сцена получилась довольно пикантной, потому что они целовались, завернутые в одни полотенца.
Сын, как воспитанный человек, извинился (да, похоже, и привык он к подобному). Но невестку воспитывала другая мама. Какой подарок для Клары! Та самая свекровь, которая жизни не давала своими поучениями, какое она теперь имеет право требовать к себе уважения? Да она ни минуты не останется в этом безнравственном доме! Наконец-то появился повод оттянуть мужа от его матери.
Надо отдать должное выдержке Элены: "убирайся прочь из МОЕГО дома!", "догони ее, она в невменяемом состоянии" - поочередно выдала она методические указания сначала невестке, а потом сыну.
На лестнице разгорелся настоящий латиноамериканский скандал: взаимные обвинения - громкие, обидные, переходящие в оскорбления и совершенно бессмысленные, потому что ни одна из сторон не прислушивается к тому, что кричит ей другая. "Ты привык, что она мужчин меняет как перчатки. Бедная Камила! Представляю, чего она тут нагляделась. - Не смей так говорить про маму. - Ты ей всю жизнь в рот смотришь! - А ты-то к своей еще больше привязана! - Да, потому что моя семья мне много дает. Если бы мой отец не присылал нам деньги КАЖДЫЙ ДЕНЬ... - Да ты только о деньгах думаешь! - Разве я выходила замуж для того, чтобы нуждаться? - Ты уронишь ребенка! - А тебе-то что, иди к своей мамочке!" Как обычно, в Латинской Америке, если скандал не происходит на яхте, и нет возможности выпасть за борт, на одного из скандалящих наезжает какая-нибудь машина.
В нашем случае это была Клара, которая в истерике убегая прочь с ребенком на руках, не увидела едущий на нее автомобиль. Обе упали на мостовую.Слава богу, девочка не пострадала. Она только напугана и потому плачет. Впрочем, водитель автомобиля напуган не меньше Нины: он начал тормозить у дома, когда под колеса ему бросилась женщина. А вот у Клары, похоже, не все в порядке: удар выбил на время из нее истерику, но страх за дочь заглушил боль. Она не может идти сама, и Фред понес ее на руках обратно в дом. Клара категорически не хочет возвращаться в квартиру его матери: ни она, ни ее дочь ногой не ступят в тот беспутный дом. По предложению Капиту пострадавшую отнесли в ее комнату.
Элена и Эду пока не знают, что случилось: он сожалеет, что стал причиной конфликта в семье, но Элена не принимает близко к сердцу поведение невестки, ее беспокоит только сын: он не знает, что делать, имея женой такую стерву…
Узнав о несчастном случае, Эду хочет осмотреть Клару, возможно, ей потребуется безотлагательная помощь, он ведь врач. И хотя девушка протестует, он спокойно и уверенно делает осмотр. Возможен перелом, ее нужно срочно отвезти в клинику скорой помощи, у Эду там работает друг, так что он проследит, что бы все было нормально. Прикрикнув на плачущую невестку, Элена сокрушается на плече у любовника: "Просто кошмар! Никак не дадут побыть вдвоем. Ты просто ангел!".
После того, как Эду уехал вместе с Фредом и его женой, Капиту, провожая Элену, заметила, что Клара очень нервная. "Да нет, - ответила та, - просто избалована. Представь себе, до замужества отец приносил ей каждый день кофе в постель". Какой ужас! Надо же, как непредусмотрительно подошли к воспитанию Элениной невестки родители. А вот Капиту, совсем неизбалованная вниманием своих строгих родителей, была бы не против, что бы ей подавали утром и кофе, и завтрак в постель.
Эду оказался прав - перелом. Возвращаясь из больницы, Клара пеняет мужу: если бы они сразу поехали с Ниной к педиатру, не заезжая к его матери, ничего бы вообще не случилось. Но Фред, который по выражению жены и шагу без той ступить не может, до сих пор считает себя непричастным к случившемуся: ему очень надо было поговорить с мамой, а вот ей, Кларе, просто-напросто надо было смотреть по сторонам, вот тогда бы ничего и не случилось. И вообще, могла бы поделикатнее вести себя с Эду. Фред ничего не имеет против друга своей матери, он кажется ему симпатичным. Да, и спасибо за помощь. Не обращай внимания на Клару, в сущности, она совсем не так плоха, как кажется сразу.
Отправив жену домой, Фред заезжает к матери за Ниной и получает очередной набор рекомендаций: "Ты должен что-то сделать… - Что? - Не знаю…. Но ты должен быть счастливым, а с Кларой у вас это не получается. Похоже, у вас все прошло. Еще салатика? Некоторые слова нельзя произносить: они убивают любовь. А Клара ведет себя непристойно" - "И на работе у меня неважно…" - "Кларе стоило бы тебя поддержать, помочь, а она тебя топит. Хочешь мяса?" Наверное, если бы Фред не отказался от еды, за десертом она бы прямо сказала этому недотепе, что бы он без промедления разводился со своей грымзой. "Я выпишу тебе чек, положи деньги на свой счет, и скажи Кларе, что они твои, а то швырнет их тебе в лицо" - "Мам, а тебе не кажется, что у вас с Эду слишком разный возраст?" - "Кажется. Но мы влюблены, и сейчас для меня - это главное в жизни".
Две женщины примерно одного возраста: мать и тетя, заменившая мать. Примерно в одинаковой ситуации… Алма смирилась с выбором Эду и не стала ему мешать. Хотя признавалась потом подруге, что ей тяжело проигрывать, особенно проигрывать женщине. Но пройдет время, и темная полоса жизни заменится светлой, она успокоится, и жизнь опять пойдет своим чередом. Элена, похоже, не успокаивается, пока не добьется желаемого любой ценой.
Очевидно, это очередная случайность (а может, Элена взяла себе за правило пить кофе в магазине Мигела), но она опять появилась в поле его зрения. Узнав об интересующей его посетительнице, он, конечно же, приглашает ее к себе - познакомить с детьми. Сеса хорошо помнит ее с той самой выпускной вечеринки: "Это же вы весь вечер танцевали с Эду и больше никого не подпустили к нему?" - "А я и не думала, что были другие претендентки" - "Вы его видите? Я даже на Новый год его не видела: домой не объявился!" - "Да. Мы иногда … э-э … видимся" - "Вам везет больше, чем мне!". Элена, разумеется, не почувствовала в Сесе соперницу - забавная девочка, не больше. А вот Паулу, сын Мигела, вызвал у нее острый приступ жалости: бедный мальчик, у нее сердце так и сжалось, чуть не умерла на месте. "А Мигелу ничего, привык".
Разве может любящий родитель привыкнуть к тому, что его ребенок стал инвалидом? Разве не сжимается и его сердце каждый раз, когда сын наблюдает за своими резвыми сверстниками? А разве он может позволить себе тревогу и жалость, которые бездонной глубиной заполняют его глаза? Когда-нибудь сыну придется быть в этой жизни без него, и долг отца - подготовить его к самостоятельной активной жизни.
Для Мигела дети неотделимы от него, потому он так хотел познакомить с ними Элену. А сейчас он хочет познакомиться и с ее детьми. "Обязательно, - отвечает она. - Если мы встретимся в Лондоне, я познакомлю вас с Камилой, а может, и с Фредом: я решила заставить его взять отпуск от жены. Она слишком нервная особа". (Хорошее место для встречи назначила она ему). Мигел предлагает ей попутешествовать вместе с детьми, но в планы Элены пока не входит такое сближение с его семьей - она еще не хочет расставаться с Эду.
Перед тем, как познакомить Синтию с Педро на новогодней вечеринке, Алма предупредила ее: "Он жутко сердится, что я приняла тебя на работу. Но я правильно поступила, а то "он все делает", и ничего не делает. Теперь начнет шевелиться". Синтия храбрится, но на самом деле ей, как и любому, не хочется конфликтовать с вышестоящим управляющим. Она смущена, но пытается быть дружелюбной. А вот Педро откровенно не хочет с ней общаться. Хорошо, жена нашла благовидный предлог им отойти, но от нее не укрылась их стрельба глазами в течение вечера. Хотя Синтия и сказала, что у него мужицкое лицо, и с начальством она романов не крутит, интерес к Педро у нее появился. И Силвия рада предстоящему отпуску: Педро успокоится, на конезаводе страсти улягутся, они с мужем за поездку сблизятся, и их покою ничто не будет угрожать. Вот только эта девочка, Ирис - что-то беспокоят Силвию мысли о ней.
А в усадьбе пока все мирно и тихо. В ожидании гостя Ингрид и Алисиу вспоминают прожитую жизнь. У них большая разница в возрасте: Ингрид пришла работать в больницу, когда там лечился Алисиу - уже после смерти своей жены. Они скоро полюбили друг друга, поженились и были очень счастливы все прожитые вместе годы. "Пусть не все сбылось, как мы мечтали, - сказала Ингрид мужу, - но ведь не у всех сбываются их мечты. У нас есть дочь, мы - семья. И это уже немало". Такое тихое, сельское семейное счастье. Ингрид трудно представить, что муж скоро умрет. А Алисиу уже принял смерть, как неизбежность, и хочет даже последние недели жизни прожить насыщенно, не отравляя прощания ни себе, ни семье.
Уже по дороге на усадьбу дядюшки, Силвия случайно узнает, что Ирис совсем не так мала, как говорит об этом муж, - семнадцать-восемнадцать лет. И такая привязанность к взрослому мужчине? Силвия не на шутку встревожилась.
И не зря! Выскочившая на дорогу перед самой машиной девушка повисла на ее муже, как соскучившийся ребенок. Но вышедшую следом Силвию жгли тихой недетской ненавистью глаза затаившей ярость женщины. Хотя мать и напоминала Ирис при каждом случае, что у Педро есть жена, девушке раньше и в голову не приходило, что однажды он приедет СЮДА с ней. Силвия сразу поняла причину такой разительной перемены в Ирис, а Педро не заметил ничего: для него "сестренка" - все еще маленькая девочка, которая с самого детства знает его.
За обедом она глаз не спускает с гостей - тихая, холодно-вежливая и безмолвная. Она ловит каждое их слово: а, он много работает, значит, мало бывает дома, с женой. У них нет детей, потому что Педро этого не хочет? Потом пригодится все, что она сможет узнать. Убирая со стола, Ирис мягко заговорила с Силвией, пытаясь выведать от нее кое-что: "Ты тоже хорошо ездишь верхом?" - "Да нет, что ты, - радуется та в ответ. - Пару раз, да и то - в одном седле с Педро. Я не умею, но очень хочу научиться" - "Конечно, покатаемся, я помогу тебе" - охотно кивает головой маленький розовый эльф. После обеда Педро с дядей ушли в гостиную обсудить дела, Ингрид отвлеклась по домашним делам, а Ирис стала наблюдать за Силвией. По усадьбе решила погулять? Погуляешь. Еще как погуляешь! Напрягшись, словно злость стягивала ее изнутри, Ирис оседлала своего коня. "Не давай этого зверя приезжей дамочке" - предупреждает ее конюх. "Она сама захотела. Говорит, что держится в седле не хуже мужчины". Подведя лошадь к ничего не подозревающей женщине, милая дюймовочка кротким голосом спросила: "Хочешь покататься?" - "А она не опасная?" - "Да что ты, нет, конечно! Давай, я тебя подсажу. Вот… Главное, держись крепко, а остальное - его дело". Вряд ли Силвия поняла вложенный в последние слова Ирис смысл, скорее она просто обернулась на движение девушки, скользнувшей назад. Но она хорошо увидела руку, замахнувшуюся в резком ударе. Лошадь понеслась. Услышав крик жены, Педро выскочил из дома и, увидев несущуюся лошадь, помчался верхом спасать. Чем, кстати, очень удивил Ирис: разве ему может быть кто-то хоть сколько-нибудь дорог, если она рядом? Силвия убьется?
Было бы очень хорошо. Ингрид не слышала этих слов, но ей это и не нужно было, что бы понять, что произошло. "Как ты могла. Да ты просто одержима!" - "Ты знаешь, ЧЕМ я одержима. - Холодный цинизм и в глазах, и в голосе. - Ты ВСЕ знаешь".
Рубикон перейден, мосты сожжены, нет больше причин притворяться.
Похоже, даже терпению Ингрид наступил конец. Найдя дочь в ее комнате, она предупреждает: "Я не хочу тебя слышать, я не хочу тебя видеть, пока они здесь" - "Ты запрешь меня в комнате?" - открыто издевается над ней дочь. "Нет, не в комнате. Помолись хорошенько, Ирис, что бы с Силвией все обошлось благополучно. Если с ней что-то случится, я сдам тебя в полицию. Я сама засажу тебя в тюрьму".
С Силвией все обошлось. Педро - блестящий наездник - догнал лошадь и смог остановить ее. Но он не верит жене, что Ирис все устроила специально. Нет, не может быть, Силвия просто слишком взволнована и утомлена. Ей надо отдохнуть. Но Силвии на самом деле нужно все выяснить - прямо сейчас.
Ирис исполняла победный танец перед зеркалом, когда к ней в комнату вошла Силвия. Маленький розовый эльф превратился в уродливого злобного карлика: "Что тебе здесь нужно? Ко мне заходят только те, кому я рада" - "Мерзавка, ты это сделала из-за Педро? Я поняла это сразу, как мы приехали!" - "Тебя сюда никто не звал, убирайся! И забудь про свою любовь к Педро, потому что я отобью его у тебя. Я еще очень молода, но я становлюсь женщиной. Каждый день я становлюсь красивее и желаннее. И у меня есть еще много времени!" - "Я убью тебя!" - "Это будет твоей единственной возможностью остаться с ним!" И Ирис продолжила свой танец.
Обеспокоенный состоянием жены Педро поднялся к ней в отведенную для них комнату: Силвия собирала вещи. " Уедем отсюда, прошу тебя. Уедем немедленно! Мне не нравится эта девица", - она с плачем уткнулась в его плечо. Тревога жены передалась и Педро: " Я поговорю с ними - мы уедем завтра" - "Скажи, что любишь меня" - "Люблю. Да что случилось?" - "Сильно? Скажи, что любишь меня навсегда!" - "Да, конечно, люблю навсегда. Да что с тобой?" Сейчас Педро был готов на все, лишь бы успокоить жену.
Силвия не стала затевать конфликт, чтобы не доставить удовольствия сопернице, а Ингрид была ей за это благодарна из-за здоровья мужа: Алисиу почти ничего не узнал о случившемся. А Педро ничего не понимал, как всегда, молча. За ужином они вели себя так, как если бы ничего не случилось. Ирис тоже. Она опять играла в маленькую девочку, не забывая ликующими взглядами "добивать" соперницу. Безнаказанность добавила ей уверенности. "Педро, когда ты приедешь забрать лошадей?" - "Думаю, в марте" - "Так долго! А ведь я сама могу приехать в Рио погостить! Да, мама, папа мне разрешил". Ингрид боится выразить свои опасения вслух, а ее муж просто ничего не знает: для него, как и совсем недавно для Педро, Ирис - маленькая девочка. И Ирис этим пользуется. "Да что тут такого? Остановится у Педро, я с ним договорился". Педро не знает, кого поддержать в этой ситуации. Защищаться Силвии пришлось самой: " У нас нет места: квартира очень маленькая" - вежливо извинилась она. "Впрочем, я могу остановиться у Элены - она моя сестра. Вот и познакомимся с ней" - не сдается Ирис. - "Педро мне обещал, что в Рио мы с ним весь день будем ходить по городу - с раннего утра и до позднего вечера. Правда же?" - обращается она к Педро, адресуя сказанное его жене. "Сначала надо приехать в Рио, а там видно будет, " - осторожно отвечает слегка ошалевший от этих женских игр мужчина.
Силвия не может ни есть, ни спать в этом доме.
Педро тоже обеспокоен. Прощаясь утром с хозяевами (а родители Ирис, в отличие от самой девушки, ей очень понравились), Силвия случайно замечает среди старых фотографий на прикроватном столике заболевшего Алисиу - молодой Педро с какой-то женщиной. Ирис прощаться не вышла: она вымещала ярость, гоняя на своем "черте".
(автор Ирина Кондратьева)
|
